Когда от жизни потянет прозой,
(Такой, что лучше б по горлу лезвием!)
Иной, быть может, спасётся дозой,
А мне бы - в небо – в мою поэзию!
Мне на волне бы тугого ветра
Лететь над миром до одурения.
Эх, мне бы в небо, пусть километры,
Как строки лягут под оперение!
Мне на струне бы крыла размаха
Исполнить высшее одиночество.
Вдохнуть полнеба, взойти без страха
К Его Величеству в Его Высочество.
Мне снится небо, я снова в небе,
И снова жажду ненасыщения ...
Душа - вполнеба, дышу -вполнеба,
И тайно верую в возвращение
Умань, 1996....
Мы любим взлет, мы любим солнца вспышки
На белых крыльях, влажных от росы.
Нас провожают взглядами мальчишки
До облаков от взлетной полосы!
Мы молоды, красивы и крылаты!
Мы там, за горизонтом суеты,
Где так прекрасны мысли и закаты,
Где облака так девственно чисты!
Приборы отразились в каплях пота:
Высокий труд зовется «Божий дар».
Не потому ли за шедевр полета
Получит Мастер скромный гонорар?
Но он творит! И, как насущным хлебом,
Полётом жив и в нем не повторим!
Пилот живет, пока он дышит небом
И сознает, что небо дышит им…
Мы любим, утомленные полетом,
Прильнуть к земле, все медленней скользя
И мы скорбим, когда прощальным взлетом
Уходят в память лучшие друзья…
Вино в стекле, холодном и граненом
За молодость не встретивших зарю
Мы пьем без слез. Лишь в небе накрененном
Прольется дождь вразлет по фонарю.
Мы помним всех! Ведь мы за них крылаты!
И нам дано вдали от суеты
Встречать рассветы, провожать закаты
И видеть землю с новой высоты!
Не бывал я на Гавайях,
На Ямайке не бывал
И Венецию на сваях
Я с гондол не созерцал.
Фиг пингвинам из сугробов
Не совал под самый нос
И с Нью-Йоркских небоскребов
Порыгать не довелось.
Не видал боев корриды,
Апельсинов не сажал
И в Египте с пирамиды
Голым задом не съезжал.
С этикеткой по-латыни
Не потягивал винцо
И верблюд - корабль пустыни
Не плевал в мое лицо.
Не слыхал, как дышит Вечность
Перед Буддой во дворце
И на нитку за конечность
Не привязывал цеце.
Не водил с вьетнамкой шашни,
Не видал тайландских крыш,
Даже с Эйфелевой башни
Не мочился на Париж!
Я не плыл на пароходах
К берегам своей мечты
И пираньям в желтых водах
Не откусывал хвосты.
И японочку-красотку
Я в «Тойоте» не возил,
Но зато я на «высотку»
Десять лет пешком ходил!
Умань, 1992
Возьми планшет, запишем запасные,
Не время нас записывать в запас.
Ещё ЗШ и лямки подвесные
По-прежнему подогнаны под нас.
Пошли, посмотришь, как к лицу нам небо,
И облака к лицу нам до сих пор.
Ты просто очень долго в небе не был,
И не смотрелся в зеркала озёр.
Ты вспомнишь вдруг, пристёгивая крылья,
Кто мы такие и чего хотим.
Пусть нам не дали сказку сделать былью,
Но мы в другую сказку полетим.
Там над дождями светлые долины,
Которых нет на карте ни одной.
И страшно, что охота из кабины
Шагнуть по этой тверди неземной.
Мы - лётчики, мы - часть небесной плоти,
И чище мир сквозь линзу фонаря!
Мы каждый раз рождаемся на взлёте,
И каждый раз рождаемся не зря!
Ещё не время на земные роли,
Тоску не время водкой заливать.
А просто так, без крови и без боли,
От крыльев нас уже не оторвать.
Мы можем заварить такую кашу,
Что выскочки позеленеют аж!
Возьми свой рапорт и сходи в парашу,
Чтоб легче выполнялся пилотаж!
А то в запас! И нету виноватых!
Но от себя на дембель не сбежать.
Кто, как не ты, научит не крылатых
Крылатым быть, и небо уважать?!
Пусть не дождутся нашего ухода
Штабные карьеристы ни хрена.
Макая крылья в золото восхода,
Напишем в небе наши имена!
Там облака, медовые, как соты,
Там радуги срываются с киля!
Бери планшет, записывай высоты,
Мы полетим и взлёт у нас с нуля!
Умань, 1996г